Франсуа вийон — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Поэтическая история: Первый поэт Возрождения, король бродяг Франсуа Вийон

Статья из моего цикла «Поэты-бродяги».

Первый поэт Ренессанса, король дорог, вечный школяр и бродяга, последний вагант Франсуа Вийон.
О его жизни больше слухов, чем фактов.

Внебрачный сын аристократа, получивший фамилию приютившего его мать священника Бенедикта Гийома Вийона. Шутник и острослов. Студент Парижского университета, не успевший доучиться из-за несчастного случая — на него с ножом напал священник Филипп Сермуаз, защищаясь, Франсуа убил его. Ожидая решения суда, без средств к существованию он провёл несколько месяцев среди бандитов-кокийяров, единственных, кто принял его, и за это время в совершенстве овладел арго.

После оправдательного приговора этого соседства не простили поэту и изгнали его из Парижа. Пять лет он скитался по Франции, исходив множество дорог, порой находя приют у влиятельных аристократов, таких как поклонник поэзии герцог Карл Орлеанский.

Одно из самых глубоких и известных произведений Вийона родилось здесь — во время поэтического состязания в Блуа.

Баллада поэтического состязания в Блуа

От жажды умираю над ручьём.
Смеюсь сквозь слёзы и тружусь, играя.
Куда бы ни пошёл, везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Я знаю всё, я ничего не знаю.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовёт.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышней я всех господ.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Я скуп и расточителен во всём.
Я жду и ничего не ожидаю.
Я нищ, и я кичусь своим добром.
Трещит мороз — я вижу розы мая.
Долина слёз мне радостнее рая.
Зажгут костёр — и дрожь меня берёт,
Мне сердце отогреет только лёд.
Запомню шутку я и вдруг забуду,
Кому презренье, а кому почёт.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Не вижу я, кто бродит под окном,
Но звёзды в небе ясно различаю.
Я ночью бодр, а сплю я только днём.
Я по земле с опаскою ступаю,
Не вехам, а туману доверяю.
Глухой меня услышит и поймёт.
Я знаю, что полыни горше мёд.
Но как понять, где правда, где причуда?
А сколько истин? Потерял им счёт.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.


Не знаю, что длиннее — час иль год,
Ручей иль море переходят вброд?
Из рая я уйду, в аду побуду.
Отчаянье мне веру придаёт.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Его острый язык нередко приносил ему неприятности в обществе, где к власть предержащим было принято относиться с глубоким почтением и почитанием.

Так, в Мён-сюр-Луар его заключил в темницу епископ д’Оссиньи и пытал поэта до тех, пока по счастливой случайности через город не проезжал на коронацию Людовик XI, объявивший амнистию всем преступникам.

Затем Вийон вернулся в Париж, где создал свои самые известные произведения — «Эпитафию в ожидании виселицы» и «Большое завещание».

В 1462 году ему не посчастливилось оказаться на месте преступления. Поэта взяли под стражу, приговорили к смертной казни и после его настойчивых апелляций оправдали. Однако из-за репутации бродяги изгнали из Парижа, после чего о его судьбе ничего неизвестно.

Такова доступная нам биография Франсуа Вийона, родившегося во время, когда поэзия переживала застой.

Стихи должны были олицетворять красоту мироздания, объяснять божественный порядок вещей. Возвышенные строки, залитые в прекрасную форму канона, лишались самого главного — жизни.

Вийон же, не нарушая установленных правил стихосложения, дал поэзии новое дыхание, затрагивая острые, волнующие вопросы, казавшиеся до того неприличными.

Однако остался не понятым современниками. Аристократы воротили нос от поднятых тем, а обычные горожане были не способны оценить философскую глубину его строк.

Поистине «Я всеми принят, изгнан отовсюду».

Гуманистичный, глубоко человечный, не боявшийся говорить о смерти, живущий без проповедей и осуждений — таков Франсуа Вийон.

Эпитафия, написанная Вийоном для него и его товарищей в ожидании виселицы

Ты жив, прохожий. Погляди на нас.
Тебя мы ждём не первую неделю.
Гляди — мы выставлены напоказ.
Нас было пятеро. Мы жить хотели.
И нас повесили. Мы почернели.
Мы жили, как и ты. Нас больше нет.
Не вздумай осуждать — безумны люди.
Мы ничего не возразим в ответ.
Взглянул и помолись, а Бог рассудит.

Дожди нас били, ветер тряс и тряс,
Нас солнце жгло, белили нас метели.
Летали вороны — у нас нет глаз.
Мы не посмотрим. Мы бы посмотрели.
Ты посмотри — от глаз остались щели.
Развеет ветер нас. Исчезнет след.
Ты осторожней нас живи. Пусть будет
Твой путь другим. Но помни наш совет:
Взглянул и помолись, а Бог рассудит.

Господь простит — мы знали много бед.
А ты запомни — слишком много судей.
Ты можешь жить — перед тобою свет,
Взглянул и помолись, а Бог рассудит.

Удивительно наблюдательный, перемерявший тысячи масок, искренний, смеющийся над пороками и над собой.

Баллада примет

Я знаю, кто по-щегольски одет,
Я знаю, весел кто и кто не в духе,
Я знаю тьму кромешную и свет,
Я знаю — у монаха крест на брюхе,
Я знаю, как трезвонят завирухи,
Я знаю, врут они, в трубу трубя,
Я знаю, свахи кто, кто повитухи,
Я знаю всё, но только не себя.

Я знаю летопись далёких лет,
Я знаю, сколько крох в сухой краюхе,
Я знаю, что у принца на обед,
Я знаю — богачи в тепле и в сухе,
Я знаю, что они бывают глухи,
Я знаю — нет им дела до тебя,
Я знаю все затрещины, все плюхи,
Я знаю всё, но только не себя.

Я знаю, кто работает, кто нет,
Я знаю, как румянятся старухи,
Я знаю много всяческих примет,
Я знаю, как смеются потаскухи,
Я знаю — проведут тебя простухи,
Я знаю — пропадёшь с такой, любя,
Я знаю — пропадают с голодухи,
Я знаю всё, но только не себя.

Я знаю, как на мёд садятся мухи,
Я знаю Смерть, что рыщет, всё губя,
Я знаю книги, истину и слухи,
Я знаю всё, но только не себя.

Жизнь Франсуа Вийона стала вдохновением для многих поэтов и писателей. Его творчество ценили Рабле, Лафонтен, Мольер, Буало, Вольтер, Верлен, Стивенсон, Мандельштам, Окуджава, посвятивший ему знаменитую «Молитву».

Франсуа Вийон ушёл, отпечатки его ног на бесчисленных дорогах давно стёрты. Однако с нами остались его душа, запечатлённая в стихах, и удивительная правда жизни, всегда помогающая оставаться человеком.

Иллюстрация konti (специально для цикла)
Стихи в переводе Ильи Эренбурга

Фрасуа Вийон: как будучи вором, убийцей и бродягой стать главным поэтом нации

— Увы, ждет смерть злодея,

— И сколько весит этот зад,

— Узнает скоро шея.

Можно ли войти в историю и прослыть великим, если ты матерый вор, убийца, и вообще личность глубоко аморальная? Франсуа Вийон отвечает — конечно, можно. Для этого всего-то и надо, что прослыть первым французским лириком, и развить в себе дар поэта. Но сделать это не так-то просто, чтобы не до уровня автора текста песни «Имя любимое мое», а до такой степени, чтобы у всех, начиная от кабацкого забулдыги 15 века, и заканчивая хваленным чутким критиком 21 века, от твоих стихов текли слезы восторга по щекам.

Вийон личность парадоксальная и уникальная, несмотря на криминальный образ жизни, его роль и влияние на мировое искусство трудно переоценить. Многие так впечатлились творениями «поэта воров и бродяг», что впоследствии, вийоновское влияние стало замечаться во многих стихах.
И, разумеется, если бы не столь противоречивая судьба, сотни убийств и ходок, то его персона не была бы столь интересна. А жаль.

А вот еще история. Литературоведы восхищались Вийоном, отдавшим последние гроши «трем маленьким сироткам». Какой благородный человек, думали все мы, пока не узнали, что «сироты» на самом деле были богатейшими и свирепейшими в Париже ростовщиками, которые давно ждали от Вийона долгов. И не дождались бы, если бы не приставили к поэту лохматого сурового человека с ножом.

В итоге, согласно судебным документам Вийон — конченый уголовник, бродяга, шнырь и вор. Но не лишенный Божьего дара. Его стихи — сродни насмешке над собой и поломанной судьбой, исповедь, которая позволяет увидеть душевные муки уголовника и его все еще чистое сердце.

Вийон родился в Париже в 1431 году. Его настоящее имя — Франсуа из Монкорбье, но осиротев в 8 лет, его взял на попечение священник Гийом Вийон, давший мальчику образование, кров, еду и кучу тумаков.

В 1443 году Вийон поступил на «факультет искусств» — подготовительный факультет Парижского университета, и летом 1452 года получил степень лиценциата и магистра искусств. Толку от этой степени — как от первомайской демонстрации, и чтобы сделать карьеру, средневековый студент должен был продолжить образование на юридическом факультете и стать доктором канонического права. Однако как любого нормального парня, Вийона интересовали визиты к замужним и не очень дамам, регулярные пирушки, драки, и столкновения студенчества с властями. Просто студенты вели себя так нагло, шумно и вольно, что жандармерии постоянно поступали жалобы от торговцев за разбитые и разоренные лавки с товарами. Матроны жаловались на ночные визиты кавалеров. Мало того что лишали чести приличных дев, так еще и сапоги не чистили.

Правда, через полгода, его слезная просьба о помиловании дошла до короля, и тот, растрогавшись (уже тогда умел писать красиво, шельмец) помиловал Вийона. Но, полгода беззакония оставили свой след. Вийон, прослыв отменным краснобаем, очень сблизился с некоторыми лидерами криминального мира, а те научили его неплохо воровать. Кстати, Вийон стал студентом Сорбонны, как он говорил, «бедным школяром». Но руководила им вовсе не тяга к знаниям, просто по закону «школяры» были неподсудны королевскому суду. И это стало для него прикрытием, так как средств для существования было мало, Вийон воровал. Надо сказать, за это время он прокачал воровское ремесло до такой степени, что мог без труда украсть бочонок вина. За это друзья звали его не иначе как «отец-кормилец».

Кстати, следует сказать о его друзьях. Ох, что это были за дружки, за такое знакомство власти могли бесконечно бить батогами, вырывать ногти, пытаясь выяснить где они прячутся и куда складывают добро. Сейчас такие имена как Монтиньи (которого позднее приговорили к повешению за убийство), Лупа, Шолляр, и Гара вызывали бы такой же трепет, как ныне имена террористов. Правда последние трое были всего лишь шулерами и ворами, а вот Монтиньи был сволочью конкретной, его даже вояки побаивались.

Вот так и жил Вийон, как настоящий вор: не работал, кормился ремеслом, на общак скидывался, репутацию имел. Ну и в криминальном мире, который так затягивал своей свободой, благодаря знакомству с уважаемыми бандитами его никто не трогал.

Но, недолго музыка играла, недолго фраер танцевал. Потому что — дурак, прокололся. Ограбив монаха-августинца, Франсуа опять вынужден был бежать из Парижа, потому как в этот раз слишком много грешков за ним накопилось. Писал он красиво, только людей не забывал грабить. И вот, его поймали, наспех приговорили к повешению, и кинули в темницу. Находясь в состоянии крайне нервного возбуждения, перерастающего в отчаяние, он написал одну из самых известных своих баллад — «Завещание».

— Святой отец и пьяница поэт,

— Безумец и мудрец, познавший благо,

— И вечной истины спокойный свет,

— И щеголь, что как кукла разодет,

— И дамы — нет красивее, поверьте,

— Будь в ценных жемчугах они иль нет,

— Никто из них не скроется от смерти.

— Будь то Парис иль нежная Елена,

— Но каждый, как положено, умрет.

— Дыханье ослабеет, вспухнут вены,

— И желчь, разлившись, к сердцу потечет,

— И выступит невыносимый пот.

— Жена уйдет, и брат родимый бросит,

— Никто не выручит, никто не отведет

— Косы, которая, не глядя, косит.

— Скосила — и лежат белее мела,

— Нос длинный заострился, как игла,

— Распухла шея, и размякло тело.

— Красавица, нежна, чиста, светла,

— Ты в холе и довольстве век жила,

— Скажи, таков ли твой ужасный жребий

— Кормить собой червей, истлеть дотла?

— Да, иль живой уйти, растаять в небе.

Правда, были у Вийона времена благополучные, когда воровать не приходилось. Просто его поэтический дар высоко ценили богатые и сведущие в поэзии персоны, вроде принца Карла Орлеанского — одного из крупнейших поэтов Франции того времени. Долгое время, он даже жил при его дворе в Блуа. И зачастую, именно они вытаскивали падкую на приключения и неприятности задницу Вийона из цепких лап палача.

Только вот, дружбой с власть имущими он не особо дорожил, и постоянно издевался над верхами в своих виршах. Тому было несколько причин, и пожалуй самые главные — врожденное чувство справедливости (которого в ту пору нигде в свете не было), и собственная независимость. Гордый был, ему было проще украсть и сесть (тем более, так романтичнее), чем жить на содержании у кого-бы то ни было.

Вообще Вийон был крайне сложным человеком. Обладая поразительным чувством иронии, он не стеснялся высмеивать не только друзей, но и врагов. В балладах разумеется. И непонятно почему, он очень любил иронизировать по поводу женщин, то ли от обиды, то ли потому что слишком хорошо их знал. Не трогал только мать, ибо святое.

— Как шило нос, беззубый рот,

— Растрескалась, повисла кожа,

— Свисают груди на живот.

— Взгляд слезной мутью отдает,

— Вот клок волос растет из уха.

— Самой смешно — смерть у ворот,

— А ты все с зеркалом, старуха.

— На корточках усевшись, дуры,

— Старухи все, в вечерний час

— Мы раскудахчемся, как куры,

— Одни, никто не видит нас,

— Все хвастаем, в который раз,

— Когда, кого и как прельстила.

— А огонек давно погас —

— До ночи масла не хватило.

Следы Вийона теряются в 1463 году, после очередной передряги. Он стал участником уличной драки, во время которой был тяжело ранен папский нотариус, и вновь попал в тюрьму. И хотя сам он, по-видимому, никому не причинил никаких увечий, дурная слава, прочно за ним закрепившаяся, сыграла свою роль: Вийона подвергли пытке и приговорили к казни через повешение. Он подал прошение о помиловании. Томясь в ожидании почти неизбежной смерти, поэт написал знаменитую «Балладу повешенных».

— Над нами воронья глумится стая,

— Плоть мертвую на части раздирая,

— Рвут бороды, пьют гной из наших глаз…

— Не смейтесь, на повешенных взирая,

— А помолитесь Господу за нас!

Но доказательств было немного, и фартовый Вийон избежал смерти. Правда, «принимая в соображение дурную жизнь помилованного Вийона», казнь заменили десятилетним изгнанием из Парижа и его окрестностей. Это последнее документальное упоминание о нем. Умер он не позднее 1491 года, когда вышло первое издание его произведений. Именно это издание, по иронии судьбы, сделало его знаменитым. Считается, что он умер не своей смертью, но, доказать это, как водится невозможно.

Про него говорили, как о первом поэте Франции, который жил не на небесах, а на земле, и который сумел поэтически осмыслить свое существование. О творчестве Франсуа Вийона заговорили через 25 лет после изгнания, в 1489 году. Тогда вышел первый сборник его стихов, и поэта провозгласили первым лириком Франции. Все стихи — автобиографические, и там он рассказывает о своих грехах, высмеивает врагов, раскрывает душу, и плачет о несправедливости. Настоящий шансонье, ему бы на «Эх, Разгуляй!», но народ воспринимал его как юмориста, сатирика. С одной стороны, благодаря этому он стал легендой, но с другой не все заметили философские нотки в его произведениях. Популярная «Баллада поэтического состязания в Блуа» была написана в шуточном состязании, однако при прочтении ничего шутливого не замечается. Над чем смеяться?

— Смеюсь сквозь слезы и тружусь, играя.

— Куда бы ни пошел, везде мой дом,

— Чужбина мне — страна моя родная.

Живший в постоянном ожидании смерти, он сотворил немало произведений с характерными названиями «Эпитафия», «Завещание». Но только если в названиях веселого мало, то в самом тексте сплошная ирония. В ней уже слышна и та ирония, которую потом можно будет заметить у многих поэтов, начиная от Мольера, и заканчивая, Маяковский. Есть в некоторых его трудах что-то и от есенинской «Москвы кабацкой» — все так же про саморазрушение.

Он не лгал, смеялся над своей судьбой, которая швыряла его из виселицы в бродяжничество. А так как таких было полно, французы считают его самым французским поэтом своей страны. И тут ты понимаешь — настоящий шансонье, они у нас ведь тоже певцы народные, и в каждой песне каются, и сетуют на произвол и беспредел властей. Только у Вийона это получалось как-то изысканно. Его ведь любят не из-за маргинальности образа, в конце концов, плевать, кем он был — ушлым мерзавцем, выдумывающим себе алиби в стихах, или разочаровавшимся несчастным меланхоликом. Его любят за стихи, которые диво как хороши.

Кстати, у Вийона тоже есть вирши на жаргоне Франции XV века, только их никто не может верно перевести, так как уже в веке XVI, этот язык был непонятен. Но, наверное, так же прекрасно.

Биография Франсуа Вийона

Франсуа Вийон (настоящая фамилия — де Монкорбье́ (de Montcorbier) или де Лож (des Loges)) – поэт французского Средневековья – родился между 1 апреля 1431 и 19 апреля 1432 годом в Париже.

В восемь лет остался сиротой. Фамилию Вийон получил от усыновившего и воспитавшего его родственника, парижского священника, капеллана церкви святого Бенедикта Гийома Вийона (Guillaume de Villon), о котором сам поэт говорил, что он был для него «больше чем отец» (plus que père).

В 12 лет поступил на «факультет искусств» (подготовительный факультет) Парижского университета, который закончил в 1449 со степенью бакалавра, а через три года получил степени лиценциата и магистра, дававшие право преподавать или служить священником. Рождённый и воспитанный в среде парижского мещанства в эпоху обнищания и кризиса Франции после Столетней войны, Вийон оказался среди «деклассированных», однако был вхож и в дом парижского прево Робера д’Эстутвиля, где собирались поэты. В честь своего покровителя Вийон сочинил брачную песнь с акростихом из имени его супруги («Баллада Прево-младожену»). К середине 1450-х он уже достиг известности в качестве поэта. Будучи студентом, Вийон принимал участие в разгульной студенческой жизни; вскоре оказался замешанным в уголовных преступлениях.

Вечером 5 июня 1455 года на него напал с ножом священник Филипп Сермуаз. В завязавшейся драке — по-видимому, из-за женщины — Вийон смертельно ранил противника и, скрываясь от суда, вынужден был покинуть Париж. Это убийство, акт самозащиты, вполне дозволенный обычаями, не сыграло бы никакой роли в его дальнейшей судьбе. Сам Сермуаз перед смертью простил своего убийцу, признав себя зачинщиком. Королевский суд, на имя которого Вийон подал два прошения, объявил его невиновным. Однако за семь месяцев скитаний вдали от Парижа Вийон, дожидаясь судебного оправдания и оставшись без денег, связался с профессиональными преступниками и уже в октябре, как подозревают, был причастен к двум грабежам.

Вернулся в Париж в начале 1456. В ночь на Рождество того же года он вместе с тремя соучастниками совершил ограбление Наваррского коллежа, похитив сумму в пятьдесят золотых экю, которую воры тут же поделили, после чего Вийон благоразумно предпочёл на время покинуть Париж; в ночь ограбления им написано первое крупное произведение — шуточное послание к друзьям «Les legs» («legs» — «статьи», «пункты»), впоследствии названное «Le petit testament» (Малое завещание). Кража была обнаружена через несколько месяцев, при этом известны стали и имена её участников — вернуться в Париж Вийон уже не мог.

За последующие пять лет скитаний исходил многие области страны от Ла-Манша (Бретань) до Средиземного моря (Руссильон).

Недолгое время он находился при дворе Карла Орлеанского в Блуа. Для альбома баллад на тему «От жажды умираю над ручьем», заданную Карлом Орлеанским поэтам его окружения и многократно разработанную самим герцогом, Вийон написал знаменитые стихи, известные под названием «Баллада поэтического состязания в Блуа».

Летом 1460 Вийон в орлеанской тюрьме ждал казни, которой избежал лишь по случайности: Орлеан посетила семья герцога, и в честь въезда трёхлетней принцессы Марии в своё наследственное владение заключенные, согласно обычаю, были освобождены из тюрем. В октябре 1461 Вийон был в тюрьме в городе Мён-сюр-Луаре, однако новый король Людовик XI, направляясь на коронование, проезжал через Мён, в ознаменование чего поэт в числе прочих арестантов получил прощение. В конце того же года Вийон вернулся в Париж и в предчувствии близкой смерти создал свои лучшие произведения: «Epitaphe» (Эпитафия), вошедшую в лирический цикл «Codicille», и «Testament» (Завещание), впоследствии названное «Le grand testament» (Большое завещание).

Кроме этих произведений, Вийону принадлежит ряд отдельных баллад, не дошедшая до нас студенческая поэма «Le Romant de Pêt-au-Deable» (существование которой некоторыми вообще оспаривается), семь баллад на воровском жаргоне (dubia), до сих пор не вполне расшифрованных (их не понимали уже в начале XVI века).

В ноябре 1462 Вийона арестовали по подозрению в краже, скорее всего безосновательному, так как через несколько дней его выпустили на свободу. В том же месяце в уличной драке, затеянной товарищами Вийона, был тяжело ранен папский нотариус. Хотя сам Вийон лишь присутствовал при драке, не принимая в ней участия, он снова брошен в тюрьму, подвергнут пытке водой и присуждён к виселице (тогда же он написал «Балладу повешенных» и «Катрен»).

Я — Франсуа, чему не рад,
Увы, ждет смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.
(Перевод И. Эренбурга)

Этот явно несправедливый приговор был по обжалованию заменён десятилетним изгнанием из Парижа и графства Парижского — «принимая во внимание дурную жизнь вышеуказанного Вийона», как гласит протокол от 5 января 1463. Через три дня Вийон покинул Париж, далее его следы теряются.

Франсуа Вийон умер не позднее 1491 года, когда вышло первое издание его произведений (не исправленное).

Франсуа вийон — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

  • Свежие записи
  • Архив
  • Друзья
  • Личная информация
  • Memories

Франсуа Вийон

У хороших, а тем более у прекрасных и больших поэтов мало что бывает случайного и в стихах и в судьбе. Вот, казалось бы, русский поэт, певец русских полей и деревень Николай Рубцов почему-то в стихотворении «Вечерние стихи» вспомнил о Вийоне.

Есенин, Пушкин, Лермонтов, Вийон.

Жизнь французского поэта была такой же неприкаянной, как и у самого Николая Рубцова.

Вийон был вором. И даже можно сказать — был убийцей. Ему было немногим более двадцати лет, когда он подрался из-за девушки прямо на паперти церкви. Его соперник ножом рассек ему губу — тогда Франсуа бросил камень в обидчика. Бросок был роковым — парень был убит. Вийон срочно покидает Париж. Начинается его бродяжническая жизнь. Во Франции тогда было смутное время. Страна была разорена войной с англичанами. Народ умирал от голода. Шайки разбойников бродили по дорогам. Судьи быстро судили, а палачи торопливо вешали.

Nils Willers as Francois Villon

Бежав из Парижа, Вийон прибился к одной из банд. В 1456 году король Карл VII согласился помиловать поэта за его слезное ходатайство. Вийон вернулся и стал студентом Сорбонны, как он говорил, «бедным школяром». Но руководила им вовсе не тяга к знаниям, просто по закону «школяры» были неподсудны королевскому суду. Вийон таким образом пытался избежать тюрьмы, ведь поведение его не было благочестивым. Он водился с самым известным разбойником Монтиньи, которого позднее приговорили к повешению за убийство, с известными ворами Лупа и Шолляром, с шулером Гара. Бедность заставляла его воровать — и он научился это делать мастерски, приятели звали его «отцом-кормильцем», так как Вийон всегда мог достать окорок или бочонок вина.


Marius van Beek

Через некоторое время, после ограбления монаха-августинца, Франсуа опять вынужден был бежать из Парижа. Его поймали и приговорили к повешению. Ожидая казни, он написал «Балладу повешенных»:

А помолитесь Господу за нас!
(Перевод Ф. Мендельсона)

Christian Verdun
Попадая в тюрьму, Вийон обращался за помощью к влиятельным друзьям, которые ценили его поэтический дар. Особенно много помогал ему принц Карл Орлеанский, один из крупнейших поэтов своего времени.

John Barrymore as Francois Villon

В 1461 году Вийону исполнилось тридцать лет. Он встретил их в тюрьме близ Орлеана. Только что взошедший на престол Людовик XI приказал освободить поэта. Вийон пожелал молодому королю двенадцать сыновей.

Хотя поэт и был благодарен помогавшим ему сильным мира сего, но по натуре своей он был очень независимым человеком и предпочитал воровать, чем пресмыкаться перед королем или принцем. Во многих своих стихах он издевался над власть имущими. Правда, и самоиронии у него было достаточно.

Четверостишие, которое написал Вийон, приговоренный к повешению:

Узнает скоро шея.

Serge Reggiani (François Villon),

Вообще, Вийон над многим в жизни издевался. В балладах «Малое Завещание», а потом в «Большом Завещании» от него досталось и друзьям, и врагам. Порой издевается он и над женщинами. Только «старушка мать» для него святая. Порой его мотивы напоминают мотивы Есенина — «Москвы кабацкой» или «Письма к матери».

Характер поэзии Вийона прямой, народный, довольно грубый, но за всем этим читатель видит глубокую человечность. «Он был первым поэтом Франции, который жил не в небесах, а на земле, и который сумел поэтически осмыслить свое существование… Поэзия Вийона — первое изумительное проявление человека, который мыслит, страдает, любит, негодует, издевается. В ней уже слышна и та ирония, которая прельщала романтиков, и соединение поэтической приподнятости с прозаизмами, столь близкое современным поэтам — от Рембо до Маяковского», — писал Илья Эренбург.

Поэзия эпохи Возрождения, в которую творил Вийон, была по сути поэзией радости, поэзией соловьиных трелей и всяческого щебета. А тут вдруг — тюрьмы и виселицы, грубая правда жизни. Но это и стало новым словом в поэзии тогда. Читатели услышали в стихах Вийона голос самой Франции. Многие считают, что он самый французский поэт Франции.

Ronald Colman — Francois Villon

Много чего пережил в жизни Вийон. И все-таки жизнь он принимал такой, какая ему выпала. Он был мудрым поэтом.

Последние годы жизни Франсуа Вийона автор: Tatyana / дата: 2016-03-03

Под рождество 1456 года, неизвестные взломали двери часовни Наваррского Коллежа и украли пятьсот золотых экю. Вийон был также причастен к этому ограблению и многие филологи полагают, что он сбежал из Парижа вскоре после этого происшествия. Именно в то время он и написал произведение, которое сегодня известно под названием «Малого завещания» или «Ле» (производное от старофранц. «Наследие» или «Завет»). Ограбление так и не было раскрыто до марта следующего года, и полиция отправилась по следу студенческой банды грабителей только в мае. Наводку они получили, благодаря неосмотрительному поведению одного из участников ограбления, некого Ги Табари.

Франсуа Вийон, поздние годы

Прошел еще год, когда Табари арестовали, и тот опроверг выдвинутые против него доказательства, обвинив бежавшего Вийона в том, что именно он был зачинщиком преступления и что он отправился в Анжер, где собирался провернуть похожие ограбления. Франсуа Вийон за это или, возможно, другое преступление, был приговорен к изгнанию. Он больше не предпринимал попытки вернуться в Париж. На протяжении четырех лет он вел бродячий образ жизни. Существует версия, что он, как и его друзья Ренье де Монтиньи и Колен де Кайе, являлся членом бродячей банды воров.

Завещание 1461 года

Следующей датой, зафиксировавшей местопребывание Вийона, было лето 1461 года. Поэт писал, что провел то лето в епископской тюрьме в Мен-сюр-Луар. Неизвестно, за какое преступление он сидел, но в своем «Завещании», датируемым этим годом он яростно нападает на епископа Тибо д’Ассиньи, который «заслонял вид на Орлеан». Вийона, по-видимому, выпустили из тюрьмы в результате всеобщей амнистии по случаю восхождения на престол короля Людовика XI, и он стал снова свободным человеком 2 октября 1461 года.

В этом же, 1461 году он написал свой самый знаменитый труд – «Завещание» (также известное, как «Большое Завещание»). Осенью 1462 года, он снова жил в застенках монастыря Сен-Бенуа, а в ноябре, его взяли под стражу за воровство и заточили в крепость, которая стояла там, где ныне находится площадь Шатле в Париже. За недостатком доказательств обратного, ему снова было выдвинуто старое обвинение в ограблении Наваррского коллежа, однако никакого королевского прошения о восстановлении старого иска не последовало. Поэтому Вийона отпустили под залог. Тем не менее, вскоре после выхода из тюрьмы поэт оказался замешанным в уличной драке. Он подвергся аресту, пыткам и был приговорен к повешению, однако приговор заменили изгнанием на заседании высшего суда 5 января 1463 года.

Дальнейшая судьба Франсуа Вийона после января 1463 года неизвестна. Франсуа Рабле рассказывает две истории о нем, которые обычно отвергаются, поскольку не имеют ни одного факта в свою поддержку. Существуют версии, что поэт, покинув Париж, «потерял здоровье и тронулся умом». Возможно, он умер на соломенном матрасе в какой-нибудь дешевой таверне или в холодной сырой камере. Возможно, он умер в уличной драке от руки другого французского вора, или, возможно, закончил свои дни на виселице, как и боялся, в каком-нибудь маленьком городке во Франции. Скорее всего, мы так никогда и не узнаем правду.

Как бы там ни было, в наследие от Франсуа Вийона нам остались замечательные стихи, которые продолжают восхищать своей философской глубиной. Одним из таких стихов является «Баллада примет» или «Баллада о злословии» (для ознакомления с ней в моем переводе, перейдите по ссылке)

БАЛЛАДА ПРИМЕТ

Я знаю, кто по-щегольски одет,
Я знаю, весел кто и кто не в духе,
Я знаю тьму кромешную и свет,
Я знаю – у монаха крест на брюхе,
Я знаю, как трезвонят завирухи,
Я знаю, врут они, в трубу трубя,
Я знаю, свахи кто, кто повитухи,
Я знаю все, но только не себя.

Я знаю летопись далеких лет,
Я знаю, сколько крох в сухой краюхе,
Я знаю, что у принца на обед,
Я знаю – богачи в тепле и в сухе,
Я знаю, что они бывают глухи,
Я знаю – нет им дела до тебя,
Я знаю все затрещины, все плюхи,
Я знаю все, но только не себя.

Я знаю, кто работает, кто нет,
Я знаю, как румянятся старухи,
Я знаю много всяческих примет,
Я знаю, как смеются потаскухи,
Я знаю – проведут тебя простухи,
Я знаю – пропадешь с такой, любя,
Я знаю – пропадают с голодухи,
Я знаю все, но только не себя.

Я знаю, как на мед садятся мухи,
Я знаю Смерть, что рыщет, все губя,
Я знаю книги, истину и слухи,
Я знаю все, но только не себя.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: